Автор пишет об установлении цензуры и контроля российских госструктур над СМИ.

В начале января в интервью газете "Труд" директор института ВЦИОМ Юрий Левада подчеркнул: "Важное значение имеют попытки российской армии одержать победу над чеченцами на информационном фронте. В ходе предшествовавшей войны такие попытки не предпринимались. Учтя все ошибки, совершенные в прошлом, федеральные силы создали специальное информационное агентство и ввели военную цензуру на все репортажи с Кавказа. Это было сделано, несмотря на то, что в стране не было официально объявлено состояние войны или чрезвычайное положение". Таким образом, все ограничения в отношении СМИ "лишены законного основания", - обращает внимание автор.

Передавать репортажи о ходе боевых действий имеют право лишь журналисты, получившие аккредитацию в штабе объединенных федеральных сил в Моздоке (Северная Осетия). Иностранные журналисты практически лишены возможности получить такой документ. Кроме того, некоторые несговорчивые СМИ могут лишиться аккредитации: в подобном положении недавно оказались корреспонденты частного телеканала НТВ. "Россия пытается воспрепятствовать поездкам в Чечню иностранных и местных журналистов путем введения незаконных и обструкционистских ограничений", - говорится в коммюнике правозащитной организации Human Rights Watch, опубликованном 1 февраля.

Российские спецслужбы ведут наблюдение за иностранными журналистами в Ингушетии, на границе которой установлены "заграждения из колючей проволоки, минные поля и мощные контрольные пункты", - сообщает журналист из "Крисчен Саенс Монитор", побывавший в Назрани. Журналистам, работающим в этих районах, приходится совершать поездки с шоферами, сотрудничающими с местной милицией. Однако, эта вооруженная охрана приставляется к иностранным журналистам не с целью обеспечения их безопасности, а скорее как способ ведения наблюдения за журналистами, за их перемещениями и источниками и характером получаемой ими информации. Эта система сопровождения стала прекрасным источником доходов для российских сил охраны порядка: в среднем охранник получает до 100 долларов в день.

Однако очень скоро военные заградительные сооружения и блокпосты могут стать прозрачными по причине широко распространенной коррупции. Может ли Москва полностью блокировать доступ в зону ведения боевых действий? После того, как в Чечне был арестован журналист Радио "Свобода" Андрей Бабицкий, представитель Кремля, отвечающий за освещение в прессе чеченского конфликта, Сергей Ястржембский заявил о том, что система аккредитации будет еще больше ужесточена. Секретарь Союза журналистов России Михаил Федоров выразил обеспокоенность в связи с установлением контроля со стороны государства за деятельностью средств массовой информации. 13 января стало известно, что региональные газеты будут получать дотации не от местных властей, а из центра.

Российское военное командование было поражено тем, как НАТО "управляло" информацией в период войны в Косово. В Москве попытались скопировать систему "брифингов" о ходе военных действий. Были организованы поездки журналистов в районы, контролируемые российскими войсками. В ходе одного из своих выступлений по РТР, Владимир Путин заявил: "Значительная часть международной общественности находится под влиянием пропаганды террористов, внешней стороны событий. Это указывает на то, что мы недостаточно подробно показываем суть происходящего". Придя в Кремль, Путин стремился показать, что намерен соблюдать все гражданские свободы. Вместе с тем, он сделал двусмысленные заявления по поводу ФСБ, организации, сотрудником которой он был. "Государственные структуры безопасности не должны рассматриваться как институты, действующие против интересов общества", - заявил он, выступая перед писателями. Он также сказал об установлении "диктатуры закона".

Аналитик из Радио "Свобода" Поль Гоубл недавно с тревогой сообщил о попытке установления контроля над Интернетом в России. В начале января Владимир Путин подписал документ, вносящий поправку к закону от 1995 года об "оперативных расследованиях", открывающую дорогу к установлению контроля со стороны российских служб безопасности над всеми пользователями Интернет. Это позволяет отслеживать электронную почту и другие сообщения, как это уже делается в республиках с авторитарными режимами, как, например, в Казахстане, - отмечает Гоубл.

Пока неизвестно, обладают ли российские власти реальной возможностью контролировать Интернет. Но, по мнению вдовы Андрея Сахарова, Елены Боннер, сдвиг уже произошел: "Это означает, что Россия официально превратилась в полицейское государство".

Le Monde
INOPRESSA.RU