|
Корреспондент
Радио Свобода в Нью-Йорке Юрий Жигалкин
беседует в связи с пятой годовщиной
Хасавюртовских мирных соглашений с
известным американским историком Ричардом
Пайпсом - профессором Гарвардского
университета.
Юрий
Жигалкин:
Если
верить газетам, большинство ведущих
российских политиков оценивают негативно
этот акт 1996-го года, их реакция отличается
лишь степенью негодования - какова ваша
точка зрения на события пятилетней
давности?
Ричард
Пайпс:
Я
думаю, что это было хорошее для России
соглашение. Лебедь сумел вывести ее из
непопулярной войны, добившись при этом в
тех условиях ясного дипломатического
успеха: договор предоставил Чечне де-факто
независимость, сохранив ее де-юре в составе
России. При этом было выиграно время для
решения чеченского вопроса в мирной
обстановке. Проблема Москвы состоит в том,
что она почти не способна расстаться с
территориями, которые были присоединены во
время Российской империи. Я не знаю ни одной
другой нации, которая бы так держалась за
свое имперское прошлое. Россияне
рассматривают каждый кусок земли, некогда
насильно присоединенный в России, как свое
семейное наследие, и это ужасная ошибка.
Юрий
Жигалкин:
В то
же время у сторонников сохранения Чечни в
составе России есть достаточно веский в
глазах многих аргумент - редкие из "мини-государств",
оказавшись независимыми после "холодной
войны", смогли доказать свою
состоятельность. Та же Чечня была очагом
конфликтов и напряженности в регионе.
Согласно такой логике Россия совершает
даже благое дело, пытаясь сдержать
радикальные, фундаменталистские движения...
Ричард
Пайпс:
Этот
конфликт невозможно разрешить, пытаясь
ответить на вопрос: кому будет лучше от того,
что Чечня останется в составе России? Он
разрешится только тогда, когда люди получат
то, что они хотят. У меня нет никаких
сомнений в том, что большинство чеченцев
хочет независимости и готово сражаться за
нее. Можно предположить, что если бы
африканские страны остались колониями, то
там бы не было кровавых войн, голода,
геноцида последних лет. Некоторым бывшим
советским республикам жилось лучше в
составе СССР, но так распорядилась история.
И я надеюсь, что Россия, в конце концов,
осознает, что не в ее интересах решать за
другие народы, и навязывать им свое
понимание того, что для них хорошо, и что для
них плохо.
Юрий
Жигалкин:
Как
вы считаете, существует ли сегодня некий
реалистичный сценарий урегулирования
чеченского конфликта?
Ричард
Пайпс:
Россия
пока не испытывает реальной, серьезной
нужды в скором чеченском урегулировании.
Республика находится, по большому счету,
под контролем российской армии. Четверть
миллиона беженцев живут благодаря помощи
международных гуманитарных организаций.
Западные столицы в условиях сравнительного
затишья не хотят оказывать излишнего
давления на Москву. И такая ситуация может
продолжаться до внезапного обострения
обстановки. Но тогда, я полагаю, у России не
останется иного выбора, кроме как
договариваться о будущей независимости
Чечни. Я не думаю, что такое решение
обернется чем-то страшным для Российской
Федерации. Больше никто из ее народов не
требует независимости. Чечня, в конце
концов - почти незаметный клочок территории
на Кавказе. Почему России не предоставить
ей независимости и не улучшить тем самым
свой международный имидж?
|
